В Рижский Окружной суд
(через Рижский городской суд)
по уголовному делу № 18400000226 подозреваемого
политзаключенного Али Халилова (личный код 322191-77174)
на постановление следственного судьи Рижского городского суда Зейн Алдина
от 19 января 2026 г.
Жалоба
Постановлением следственного судьи Рижского городского суда З. Алдина от 19.01.2026 г. удовлетворено представление Службы государственной безопасности о применении в отношении меня как подозреваемого меры пресечения в виде задержания и содержания под стражей.
Данное решение является необоснованным и незаконным, в связи с чем прошу его отменить.
Прежде хочу сказать, что у меня отобрали все материалы до последнего листа, что существенно затрудняет защиту.
Так, в качестве оснований для моего содержания под стражей следователь и следственный судья указывают следующее:
«…на данный момент, чтобы беспрепятственно достичь цель уголовного процесса, необходимо выяснить и установить других вовлеченных лиц, в отношении которых необходимо провести процессуальные действия. Находясь на свободе, Али Халилов может помешать ходу досудебного уголовного процесса, повлиять на вовлеченных лиц и тем самым помешать расследованию …
… в интересах досудебного расследования нецелесообразно раскрывать все выясненные факты и обстоятельства, поскольку в рамках уголовного процесса ведутся активные следственные действия, направленные на закрепление выясненных фактов и доказательств, которые связаны с другими лицами, вовлеченными в процесс.
… кроме того, А. Халилов подозревается в совершении особо тяжкого преступления, направленного против несовершеннолетнего.
… предварительное следствие считает, что освобождение задержанного лица может поставить под угрозу выполнение требований, установленных в статье 1 Уголовно-процессуального закона, – обеспечение эффективного применения норм Уголовного закона и справедливое урегулирование уголовно-правовых отношений. Поэтому никакие другие меры безопасности, не связанные с лишением свободы, не могут гарантировать, что Али Халилов не уклонится от досудебного уголовного процесса и суда. Существует риск, что Али Халилов может уклониться – по объективным причинам, в случае освобождения он может покинуть территорию Республики Латвия и вернуться по месту жительства в Азербайджан, поскольку на данный момент не имеет правового статуса для пребывания в Латвии, в результате чего он, не выполняя свои процессуальные обязанности, без труда уклонится от досудебного уголовного процесса и будет недосягаем, что помешает досудебному уголовному процессу.
Изложенные «основания» таковыми не являются, поскольку противоречат фактам и требованиям закона, всё это тенденциозные дискриминационные домыслы, обусловленные моим вероисповеданием.
1) Во всех правовых государствах главным основанием для признания лица подозреваемым и избрания в отношении него меры пресечения, является наличие доказательств о совершении им уголовно наказуемых деяний. Иначе, как со мной: выдумывай, фальсифицируй и сажай любого.
В постановление ЕСПЧ по делу Фокс, Кемпбелл и Хартли против Соединенного Королевства указано, что «обоснованность» подозрения, на котором должен основываться арест, является неотъемлемой частью гарантии против произвольного ареста и задержания, закрепленной в подпункте (с) пункта 1 статьи 5. … наличие «обоснованного подозрения» предполагает наличие фактов или сведений, которые убедили бы объективного наблюдателя в том, что соответствующее лицо могло совершить правонарушение».
Об этом же говорится в постановлении ЕСПЧ по делу Ильгар Мамедов против Азербайджана, в постановлении ЕСПЧ по делу Расул Джафаров против Азербайджана и др., а также в ст. 272 УПК Латвии.
Однако, по настоящему делу все «подозрения» являются надуманными, сфабрикованными, противоречат фактам, являются доказательствами злоупотреблений служебным положением, а не моей несуществующей вины.
По новому делу в постановлении о признании подозреваемым в качестве доказательств вины указано, что, якобы, в телефонах “IPhone 15 PRO Max”, IMEI: 358879688116651 и 358879689304124, изъятых у меня 17 октября 2024 г. обнаружена телефонная переписка от 9 июля 2023 года, которой я, будучи совершеннолетним, пытался совратить несовершеннолетнюю девушку с целью совершения прелюбодеяния, а именно, предлагал ей совершить половые акты без физического контакта с телом жертвы для удовлетворения своего сексуального желания, предлагая за это деньги; также в телефоне обнаружили материалы, содержащие детскую порнографию.
Далее, в постановлении указано, что, якобы, согласно этой переписке, я предлагал заработать от четырех до пяти тысяч за видеозвонок продолжительностью от пяти до десяти минут, указывая в зависимости от того, насколько мне понравится, что будет отправлено, – фотографию молодой девушки, которая по внешним признакам не достигла 16 лет. Когда человек спросил, что ей нужно будет увидеть, я ответил, что понимает, что ей покажут.
Всё изложенное является заведомой ложью, плодом извращенной фантазии следователя Сальчевича, результатом фабрикации материалов дела, фальсификации сведений.
Само содержание подозрения абсурдно, алогично, смонтировано соответственно понятиям и уровня развития «исполнителя», у которого с нашей семьей личные счеты.
Ничего изложенного в переписке нет и быть не могло в чем нетрудно убедиться, ознакомившись с телефонной перепиской, о чем и прошу.
2) При рассмотрении моей жалобы прошу получить ответы на следующие вопросы, что позволит убедиться в справедливости моих утверждений:
а) 17-18 октября 2024 г. при обысках на моей квартире и вообще нигде телефоны “IPhone 15 PRO Max”, IMEI: 358879688116651 и 358879689304124 обнаружены и изъяты не были, они в протоколах и постановлениях по первому делу не значатся.
Откуда появились эти телефоны у следователя Сальчевича?
б) Телефон “IPhone 15 PRO Max” поступил в продажу в сентябре 2023 г. и если даже я одним из первых купил этот телефон, то как в нём могла оказаться переписка от 9 июля 2023 г.?
в) Кто потерпевшая, кто эта не достигшая 16 лет девушка, которой за 5-10 минутный видеозвонок предлагали от 4 до 5 тысяч; как следователь определил её возраст; что она говорит по этому поводу, склоняли ли её к разврату? Что говорит по этому поводу человек, который вел переписку и искал девушку? Возможно паспорт этой девушки, как и других, фигурирующих в первом деле, был нужен для других целей (см. п. 2.3 и 2.13 Постановления о передаче дела № 18000033224 в суд в части Ольги Ручкиной, Анастасии Весниной, Ольги Полищук и Анны Хопфауф).
Почему следователь скрывает и искажает свои же утверждения в этой части, указанные по первому делу? Почему одинаковым фактам в части паспортов даёт разную оценку?
г) На основании чего следователь утверждает о разврате и подробно описывает механизм совращения, если об этом в переписке нет ни слова? По собственному опыту?
д) Заходил ли я когда-либо на сайты с детской порнографией или эти сайты перекочевали в мой телефон с другой информацией. Если заходил, то когда?
е) Как я мог заниматься совращением и просмотром порносайтов, если жил вместе с молодой женой? Что она сказала по этому поводу на недавнем допросе в СГБ по новому делу?
ё) 17 октября 2024 г. я был арестован за нарушение санкций по уголовному делу № 18400003324, содержался под арестом все допустимое законом время и 17 января 2026 г. должен был быть освобожден. Судебное разбирательство по данному делу продолжается.
Однако, 17 января 2026 г. стало известно, что в отношении меня возбуждено новое дело за № 18400000226 по ст. ст. 15.4, 162.1 и 166.2 УК Латвии, хотя последовательность нумерации дел вызывает ряд вопросов.
Согласно постановления дело возбуждено на основании материалов, полученных по первому делу в октябре 2024 г. Более чем очевидно, что новое дело сфабриковано для того, чтобы не освободить меня из под стражи.
Иначе чем объяснить, что «материалы о новых преступлениях» прятались следователем СГБ Сальчевичем два года, за которые ничего нового установлено не было. Согласно законов, обязаны были всё послать в суд в одном деле.
3) Что касается утверждений о рисках моего незаконного воздействия на других лиц и сокрытия от следствия и суда, то они не обоснованны.
Если у следователя есть переписка, телефоны и др. материалы и «доказательства» моей вины, то их заполучить и изменить я никак не смогу. При таких «доказательствах» показания никакой роли не играют.
У меня в Риге семья, впереди несколько процессов, находиться в розыске и прятаться всю жизнь не хочу, а потому никуда убегать не намерен. Хотите верьте, хотите нет.
С уважением,
Али Халилов