«Агора» продолжает публиковать материалы судебного издевательства над политзаключенным Али Халиловым, творимые прокурором и судьей Рижского городского суда В. Гайдукевичем.
Предлагаем для ознакомления выдержки из жалобы и ходатайств Али Халилова, оставленные без законного реагирования.
«Нарушение моего права на защиту в части отказа в предоставлении материалов дела в переводе на русский язык и непредоставлении переводчика непосредственно связано с предъявленным мне обвинением, оспаривание которого невозможно без знакомства с делом и выполнения требований ст. 449 УПК Латвии.
Представленные мне в марте и мае 2025 г. обвинения содержат десятки противоречий, сомнений, логических, смысловых, стилистических и других ошибок, умышленно исключающих понимание и использование этого документа для защиты.
Так, согласно постановления о привлечении к уголовной ответственности, меня абстрактно обвиняют в совершении действий «… в точно невыясненное время, в сговоре с невыясненными лицами, не выясненном количестве, при невыясненных обстоятельствах и т.д.».
Подобные фантомы-фантазии прокурора содержатся во введении, заключении, в п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13 моего обвинения, состоящего из тринадцати эпизодов-пунктов, т.е. во всех без исключения.
В моем обвинении фантомы-утверждения о невыясненных обязательных реквизитах предмета доказывания указаны 64 раза, т.е. почти по 5 на каждый эпизод обвинения.
Если не выяснено время, место, количество, вид товара, его цена, обстоятельства происшедшего и лица-исполнители фантазий прокурора, то выходит, что ничего не выяснено. Даже мое имя указано в постановлении неверно, а некоторые разделы обвинения представляют абракадабру, которую и пересказать невозможно.
Особо просил обратить внимание на то, что основная часть моего обвинения в части обстоятельств и соучастников зашифрована (закодирована), что исключает возможность его понимания и опровержения в связи с отсутствием у меня способностей и возможностей для дешифровки.
В частности, в обвинении говорится о лицах, обозначенных цифрами, но их данные (ФИО и др.) не указаны, что также искусственно исключает защиту от логических инверсий прокурора. Расшифровка их была представлена прокурором лишь 14 января 2026 г. (всем, кроме меня), что исключило использование данных для защиты.
Кроме того, обвинение содержит десятки противоречий в части дат, количества и др. обязательных реквизитов, неверный перевод и др., что также искусственно препятствует защите.
Такое обвинение противоречит требованиям ст. 405 УПК Латвии, Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, преюдициальным решениям ЕСПЧ и искусственно препятствует осуществлению защиты путем использования имеющихся у меня алиби.
Согласно п. «а» ч. 3 ст. 6 Европейской Конвенции, каждый человек, обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право быть подробно осведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения.
Согласно преюдициальных решений Европейского суда по правам человека по делам Пелиссье и Сасси против Франции (Pelissier and Sassi v. France), Сейдович против Италии (Sejdovic v. Italy), Даллос против Венгрии (Dallos v. Hungary), Камасински против Австрии (Kamasinski v. Austria), Матточиа против Италии (Mattocia v. Italy), Пенев против Болгарии (Penev v. Bulgaria), С. против Италии (C. v. Italy) и десятка других, а также руководящих документов Совета Европы, разъясняющих и легитимизирующих для участников Европейской конвенции о защите права человека и основных свобод, содержание и смысл справедливого судопроизводства, информация о характере и обосновании обвинения должна рассматриваться с учетом права обвиняемого на его защиту, должна быть ясной и достаточной для полного понимания предъявленных обвинений, не должна содержать предположения, сомнения, ссылки на неустановленные обстоятельства; и обвиняемый должен действительно и безотлагательно получить понятную и ясную информацию о содержании и сути обвинения; правовая презумпция получения такой информации справедливое судопроизводство не обеспечивает, нарушает право на защиту.
В свете новых изменений в УК Латвии, изложенное имеет для меня очень важное значение, т.к. может получиться, что даже согласно сфабрикованного обвинения стоимость и заработок от продажи неустановленных товаров (?) может быть меньше 10.000 евро.
Особо это касается заведомо ложных утверждений в части Украины.
Невозможно в моем положении защищаться от голословных тенденциозных противоречивых, алогичных домыслов, настойчиво продвигаемых под видом доказательств.
Все изложенное позволяет утверждать о незаконности и никчемности предъявленного мне обвинения, поскольку оно искусственно (специально) составлено в форме, исключающей понимание и использование для защиты.
Кстати, согласно решения Верховного суда Латвийской Республики по делу № […], SKK-[B]/2018, ECLI:LV:[…], при определении наказания за преступления, время совершения которых в ходе досудебного уголовного производства точно не установлено, суд применяет к лицу, имеющему право на защиту, наиболее благоприятную материально-правовую норму.
Однако, это, очевидно, на мусульман и азербайджанцев не распространяется».