«Агора» начинает публиковать материалы судебного издевательства над политзаключенным Али Халиловым.
Предлагаем для ознакомления выдержки из ходатайств и жалоб Али Халилова, поданные в ходе «процесса».
Может ознакомившись с ними СМИ Латвии изменят тональность своих публикаций и станут объективнее.
«…с первых дней процесса по моему делу до его завершения с целью препятствования защите я был умышленно незаконно лишен права пользоваться языком, которым владею и использовать услуги переводчика, подвергался пыткам, бесчеловечному и унижающему достоинству обращению (мои многочисленные жалобы об этом должны быть в деле).
Это лишило меня возможности осуществлять защиту путем анализа и сопоставления утверждений обвинений с материалами дела.
Несмотря на то, что в течение процесса мной было подано несколько десятков ходатайств о желании ознакомиться со всеми материалами уголовного и архивного дел в надлежащем переводе на русский язык либо предоставлении переводчика для этого, мои просьбы удовлетворены не были, жалобы на нарушения права на защиту оставлены без реагирования.
Поскольку я представлен в деле как основное лицо, все материалы уголовного и архивного дел имеют ко мне непосредственное отношение и необходимы для моей защиты.
Мои ходатайства о предоставлении материалов дел с письменным переводом на русский язык либо предоставлении переводчика основывались на Директивах Европейского Парламента и Совета ЕС, положениях УПК Латвии, которые, по моим представлениям, должны распространяться на всех подозреваемых и обвиняемых в уголовном процессе независимо от их национальности, социального статуса, гражданства и вероисповедания.
Так, согласно статьи 3 Директивы Европейского Парламента и Совета ЕС № 2010/64/ЕС от 20.10.2010 г. «О праве на устный и письменный перевод в уголовном процессе», «… государства-члены ЕС гарантируют, что подозреваемым и обвиняемым, которые не понимают язык, на котором ведется уголовный процесс, в течение разумного периода времени предоставляется письменный перевод всех письменных документов, которые являются основными, чтобы обеспечить возможность реализовать свое право на защиту».
Согласно п. 25 Директивы Европейского парламента и Совета ЕС 2012/13/ЕС от 22 мая 2012 г., «государства-члены ЕС должны гарантировать, что при предоставлении информации в соответствии с настоящей Директивой подозреваемым или обвиняемым лицам предоставляется, по необходимости, устный или письменный перевод на язык, который они понимают, согласно стандартам, изложенным в Директиве 2010/64/ЕС».
Согласно статьи 3 Директивы 2012/13/ЕС подозреваемые или обвиняемые имеют право на письменный и устный перевод, которое гарантируется государствами-членами ЕС.
Тем не менее, мои ходатайства о переводе удовлетворены не были, я и назначенный мне защитник были лишены возможности ознакомления с делами, и, соответственно, осуществления надлежащей защиты».