С подачи кураторов на lente.lv и других подобных СМИ появились сообщения о разоблачении СГБ Латвии крупнейшей подпольной торгово-закупочно-диверсионной организации, благодаря которой Россия сумела достичь части своих неправедных целей на Украине, готовится к экспансии Прибалтики.
Читаешь – жуть берёт, на что, судя по направленности и целеустремленности спец. информация и рассчитана. Теперь уж и суд ни к чему, приговор вынесли СГБ и СМИ, как и положено в правовых демократических государствах.
Однако попытаемся разобраться, что скрывается под словоблудием и словесной шелухой.
В отличие от СГБ и подотчетных им СМИ Латвии, мы исходим из общеизвестной презумпции (ст. 19 УПК Латвии), согласно которой вывод о вине может сделать только суд, а до этого лицо считается невиновным.
Согласно документам СГБ, прокуратуры и судов, имеющимся в распоряжении Комитета по защите политзаключенных, в октябре 2024 г. СГБ Латвии были задержаны четыре двадцатилетних молодых человека, в том числе студенты, молодожены, которые в целях жизнеобеспечения, продолжения учебы совершили несколько коммерческих сделок по продаже бизнесменам из России и других стран ряда подсанкционных товаров, в том числе, приснопамятных устройств “Starlink Mini Kit”. Кстати, судя по объявлениям в Интернете, устройства эти находятся в массовой свободной продаже как в России, так и во всех сопредельных государствах. Сделка есть сделка, как говорит уважаемый всеми Президент США Дональд Трамп.
По информации СМИ Прибалтики, систематически в Латвии выявляются десятки фактов нарушения санкций, причем со стороны уважаемых граждан и известных организаций. О результатах скромно умалчивается.
Тогда зачем такой ажиотаж вокруг бедных, страдающих рядом заболеваний, студентов, решивших немного заработать?
Тому, представляется, есть несколько причин.
Во-первых, имитация борьбы с нарушением санкций и, опять таки, имитация поддержки Украины (см. «Кто зарабатывает на передаче помощи Украине»: https://www.agoravslatvia.com/кто-зарабатывает-на-передаче-помощи-у/).
Реальных результатов нет и не предвидится, а тут молодые, неопытные люди, на которых можно навесить всех собак и не только и гнать воздух победных реляций.
Кстати, в связи с этим интерес представляет ходатайство в суд двадцатилетнего политзаключенного Али Халилова, который, очевидно, по признакам национальности и вероисповедания «прессуется» более других.
Приведем это ходатайство дословно, а выводы делать честным людям.
«Судье Рижского городского суда господину Виестурсу Гайдукевичу
обвиняемого Али Халилова (код 322191-77174)
Ходатайство
Уважаемый господин судья.
В связи с тем, что с первого дня уголовного процесса до настоящего времени мои права грубо и умышленно нарушаются, я лишен возможности защищаться.
Меня подвергали пыткам, издевались, принуждали к самооговору и оговору товарищей, делали моим родственникам по телефону незаконные коррупционные предложения, содержали в Лиепае, чтоб адвокат не мог своевременно посещать, не давали перевод документов и многое подобное.
Если мои права не будут обеспечены, то дальнейший процесс теряет смысл правосудия.
1) В мае 2025 г. я подал прокурору ходатайство о желании ознакомиться с материалами уголовного и архивного дел, представлении всех их копий в надлежащем переводе на русский язык и др., однако до настоящего времени законного ответа (с переводом), не получил, поэтому вынужден в очередной раз повторить очевидные факты.
Представленные мне в марте и мае с.г. обвинения содержат десятки противоречий, сомнений, логических, смысловых, стилистических и других ошибок, исключающих понимание и использование этого документа для защиты.
Так, согласно постановления о привлечении к уголовной ответственности, меня абстрактно обвиняют в совершении действий «… в точно невыясненное время, в сговоре с невыясненными лицами, не выясненном количестве, при невыясненных обстоятельствах и т.д.».
Подобные фантомы-фантазии прокурора содержатся во введении, заключении, в п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13 моего обвинения, состоящего из тринадцати эпизодов-пунктов, т.е. во всех без исключения.
В моем обвинении фантомы-утверждения о невыясненных обязательных реквизитах предмета доказывания указаны 64 раза, т.е. почти по 5 на каждый эпизод обвинения.
Если не выяснено время, место, количество, вид товара, его цена, обстоятельства происшедшего и лица-исполнители фантазий прокурора, то выходит, что ничего не выяснено. Даже мое имя указано в постановлении неверно, а некоторые разделы обвинения представляют абракадабру, которую и пересказать невозможно.
Особо прошу обратить внимание на то, что основная часть моего обвинения в части обстоятельств и соучастников зашифрована (закодирована), что исключает возможность его понимания и опровержения в связи с отсутствием у меня способностей и возможностей для дешифровки.
В частности, в обвинении говорится о лицах, обозначенных цифрами, но их данные (ФИО и др.) не указаны, что также искусственно исключает защиту от логических инверсий прокурора.
Кроме того, обвинение содержит десятки противоречий в части дат, количества и др. обязательных реквизитов, неверный перевод и др., что также искусственно препятствует защите.
Такое обвинение противоречит требованиям ст. 405 УПК Латвии, Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, преюдициальным решениям ЕСПЧ и искусственно препятствует осуществлению защиты путем использования имеющихся у меня алиби.
Согласно п. «а» ч. 3 ст. 6 Европейской Конвенции, каждый человек, обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право быть подробно осведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения.
Согласно преюдициальных решений Европейского суда по правам человека по делам Пелиссье и Сасси против Франции (Pelissier and Sassi v. France), Сейдович против Италии (Sejdovic v. Italy), Даллос против Венгрии (Dallos v. Hungary), Камасински против Австрии (Kamasinski v. Austria), Матточиа против Италии (Mattocia v. Italy), Пенев против Болгарии (Penev v. Bulgaria), С. против Италии (C. v. Italy) и десятка других, а также руководящих документов Совета Европы, разъясняющих и легитимизирующих для участников Европейской конвенции о защите права человека и основных свобод, содержание и смысл справедливого судопроизводства, информация о характере и обосновании обвинения должна рассматриваться с учетом права обвиняемого на его защиту, должна быть ясной и достаточной для полного понимания предъявленных обвинений, не должна содержать предположения, сомнения, ссылки на неустановленные обстоятельства; и обвиняемый должен действительно и безотлагательно получить понятную и ясную информацию о содержании и сути обвинения; правовая презумпция получения такой информации справедливое судопроизводство не обеспечивает, нарушает право на защиту.
В свете новых изменений в УК Латвии, изложенное имеет для меня очень важное значение, т.к. может получиться, что даже согласно сфабрикованного обвинения стоимость и заработок от продажи неустановленных товаров (?) может быть меньше 10.000 евро.
Невозможно в моем положении защищаться от голословных тенденциозных противоречивых, алогичных домыслов, настойчиво продвигаемых под видом доказательств.
Все изложенное позволяет утверждать о незаконности и никчемности предъявленного мне обвинения, поскольку оно искусственно (специально) составлено в форме, исключающей использование для защиты.
2) Недоброкачественность обвинения, а также другие субъективные дискриминационные, тенденциозные действия и решения прокурора, исключают возможность ознакомления в настоящее время с материалами дела, которые мне никто не представил и представлять не собирается.
Не зная и не понимая сути фантомного обвинения, я не смогу при ознакомлении обратить должное внимание на материалы дела, имеющие значение для моей защиты. А читать дело, как фантастический роман не имеет смысла, да и то в том случае, если мне предоставят печатный вариант для работы в тюремных условиях.
Ознакомление с делом возможно лишь после устранения ошибок обвинения, его расшифровки.
3) В майском 2025 г. ходатайстве я просил выдать мне для ознакомления печатные копии материалов передаваемого в суд уголовного дела и архивного дела в полном объеме в надлежащем переводе на русский язык, а также выдать мне постановление о передаче уголовного дела в суд в надлежащем переводе на русский язык.
Поскольку я представлен в деле как основное лицо, все материалы уголовного дела и архивного дела имеют ко мне непосредственное отношение и необходимы для моей защиты.
Согласно ст. 3 Директивы Европейского Парламента и Совета ЕС № 2010/64/ЕС от 20.10.2010 г. «О праве на устный и письменный перевод в уголовном процессе», «… государства-члены ЕС гарантируют, что подозреваемым и обвиняемым, которые не понимают язык, на котором ведется уголовный процесс, в течение разумного периода времени предоставляется письменный перевод всех письменных документов, которые являются основными, чтобы обеспечить возможность реализовать свое право на защиту».
Однако, до настоящего времени документы уголовного и архивного дел в переводе мне не предоставлены, я с делами не ознакомлен.
27 июня 2025 г. мне представлено печатное постановление о передаче дела в суд в переводе на русский язык, датированное прокурором 13 июня 2025 г.
Данное постановление, основанное на фантомном обвинении, без ознакомление с материалами дел, является непригодным для защиты, поскольку я не могу произвести необходимые сопоставления и анализ повторяющихся в нем фантомных утверждений.
Таким образом, в нарушение ст. ст. 412 и 413 УПК Латвии, прокурор, с целью сокрытия допущенных нарушений сроков содержания меня под стражей и других злоупотреблений, не ознакомив с материалами дела и не представив своевременно постановление о передаче дела в суд, путем фальсификаций сдал дело в суд после истечения сроков.
4) Я нахожусь под стражей с 17 октября 2024 г., т.е более 7 месяцев.
Содержание меня под стражей мотивировалось возможностью побега и препятствованию судопроизводства.
В настоящее время расследование завершено, дело находится в суде, я должен готовиться к защите. Для этого мне необходим доступ к информационным базам нормативных актов законодательных, судебных и исполнительных органов Латвийской Республики. Без этого защита в следизоляторе невозможна.
В связи с изложенным, прошу предоставить мне такую возможность на свободе.
Могу обещать, что буду беспрекословно и в полном объеме выполнять установленные ограничения, оставив в Риге супругу, бежать никуда не собираюсь.
Сообщая об изложенном,
Прошу обеспечить соблюдение законов Латвии и мои права, для чего:
1. Представить мне понятное постановление о предъявлении обвинения, составленное в соответствии с требованиями закона.
2. После выдачи доброкачественного постановления об обвинении, представить мне для ознакомления все материалы уголовного и архивного дела в полном объеме в надлежащем письменном (печатном) переводе на русский либо азербайджанский язык.
Ознакомление с архивным делом необходимо потому, что в нем могут оказаться материалы, которые для обвинения не имеют доказательственного значения, а для моей защиты имеют.
3. Рассмотреть вопрос об изменении мне меры пресечения и освободить из под стражи для надлежащего и нормального осуществления своих прав.
4. Другие ходатайства будут представлены после ознакомления с материалами дела и сопоставления их с постановлением о передаче дела в суд.
С уважением,
Али Халилов
«04» июля 2025 г.»
Во-вторых, неопытными легче манипулировать, тем более если в арсенале пытки, произвол, грубое нарушение права на защиту.
В информации lente.lv имеется подзаголовок под вопросом: «Передача дела в суд – момент справедливости?»
Действительно, вопрос и, причем, большой в свете изложенных злоупотреблений СГБ и прокуратуры.
Одна надежда на справедливый суд, однако объявлено, что процесс будет в закрытом режиме.
В связи с этим вопрос: «Есть что скрывать?»